(материалы из книги Шамова Владимира Алексеевича)
-Начало разгрома паулюсовского воинства и начало нашей победы под Сталинградом было положено благодаря героизму и стойкости воинов именно тех дивизий, которые сражались на дальних подступах к Сталинграду, в донских степях большой излучины Дона. А это рубежи: Серафимович-Клетская. Июль 1942 года – страшный месяц именно для станицы Клетской.
24 июля 1942 года немцы заняли станицу, а 26-го июля был занят хутор Старо — Клетский. Но не пришлось врагам торжествовать, наши войска продолжали яростно сражаться, наступая и опрокидывая немцев с занятых ранее мест.
Ударная группировка 21-ой армии (63-я, 76-я, 293-я стрелковые дивизии) вместе с танками при непосредственной поддержке пехоты быстро продвигались вперед. 293-я и 76-я стрелковые дивизии наступали в направлении хуторов: Перелазовский — Манойлин — ферма № 1 совхоза Первомайский — хутор Майоровский.
Ударная группировка 65-ой армии (27 –я гвардейская, 304-я и 321-я стрелковые дивизии) наступала в направлении хуторов: Мело-Клетский — Орехов – Верхняя Бузиновка.
В 13.00 в бой вступил 4-й танковый корпус во взаимодействии с 293-й и 76-й стрелковыми дивизиями. Он должен был выйти в районы хуторов: Селиванов – Верхняя Бузиновка — Евлампиевский – Большой Набатовский — поселок Советский.
В 16.00 в бой вступил 3-й гвардейский кавалерийский корпус, которому ставилась задача по уничтожению отдельных опорных пунктов противника.
Яростно сопротивлялись немцы нашему наступлению. Их артиллерия непрерывно вела ожесточённый обстрел. Но 23 ноября в 16.00 часов 45-я танковая бригада подполковника П.К. Житкова 4-го танкового корпуса и 36-я мех.бригада подполковника М.И. Родионова из 4-го мех.корпуса Сталинградского фронта соединились в районе поселка Советский. Вечером к этому району подошли еще две бригады 4-го танкового корпуса. В окружение попали двадцать две отборные немецкие дивизии, это 330 тысяч солдат, офицеров и генералов вражеской армии.
При освобождении хутора Мело – Клетского принимали участие и штрафные роты. Они сражались, не жалея жизней.
Приказание Манило в 10.50 дать огневой налет по квадратам 102, 107, 110 и 111.
Приказание командующему бронетанковыми войсками армии Лукьянову, взять из 121-ой танковой бригады Невжинского две роты танков, лично проверить маневр этих танковых рот в полосу дивизии И.А. Макаренко, помочь организовать бой за высоту 135.0.
Комдиву 304-й стрелковой дивизии Меркулову приказано было взять высоту 186.7.
Так начался 19 ноября 1942 года бой за Мело — Клетский – сильный опорный пункт на центральном участке прорыва, бой, в котором командиры наших ударных дивизий выдержали экзамен на взаимодействие:
-маневр траекторией – и высота 135.0 накрыта огнем артиллерии армии. Бойцы 321-й стрелковой дивизии, штурмуя дзоты, развязали руки 304-й стрелковой дивизии; 807-й стрелковый полк Чеботаева зацепился за восточную окраину Мело — Клетского и вел огневой бой, ожидая по приказу комдива, пока совершится обходной маневр. В это время 812-й стрелковый полк Сорокина с 91-й танковой бригадой полковника И.И. Якубовского (Иван Игнатьевич Якубовский – впоследствии Маршал Советского Союза, первый заместитель Министра обороны) проскочил слева вперед, устремившись к высоте 186.7, находившейся в тылу Мело — Клетского.
Ветер разогнал, наконец, туман. Стало возможно работать у оптических приборов. Высота 186.7 отбивалась огнем. Вот на ней загрохотали разрывы наших снарядов. Дым. Фонтаны взметнувшейся земли. Это Меркулов ударил всей силой артгруппы, поддерживавшей 812-й и 77-й стрелковые полки.
Но тотчас же сильный огонь с высоты Мело — Клетской прижал к земле чеботаевский полк. Чеботаеву мастерски помог Бабаскин огневым налетом армейской артиллерии на вражеский опорный пункт. Очередной бросок полка — и Чеботаев вплотную подошел к меловым обрывам. Позднее он вспоминал: «Кто-то положил руку мне на плечо. Оторвался от окуляров — сзади стоял К.К. Рокоссовский и В.И. Казаков. Я собирался доложить. Командующий фронтом жестом остановил:
-Сам вижу, Павел Иванович.
Он встал у стереотрубы. Мы наблюдали один из самых напряженных моментов боя. Извилистые глубокие овраги упираются в меловой обрыв, крутые его стены поднимаются на 20 — 25 метров. Рукой почти не за что уцепиться. Ноги скользят по размокшему мелу. Чеботаевцы начали штурм. Было видно, как солдаты подбегали к обрыву и карабкались вверх. Вскоре вся стена была усыпана людьми. Срывались, падали, поддерживали друг друга и упорно ползли вверх».
Вечером подполковник Липис, посланный Батовым в 807-й стрелковый полк с задачей контроля и проверки, докладывал, что в атаке отличился сам командир полка. Чеботаев поставил задачу танкам: сделать два прохода в проволочных заграждениях для 1-го батальона и один – для 2-го, а затем поддерживать стрелков огнем с места. Несколько танков укрылись в засаде на случай контратаки слева. Артиллерия подавляла огневые точки. У самых меловых стен пехота замялась. Чеботаев бросился в цепь:
-За Родину! Вперед! Ура! …
Он возглавил ближайший батальон, вместе с ним поднялся по крутому скату.
Две группы танков обходили Мело — Клетский. Невжинский — справа, Якубовский – слева. Они шли к высоте 186.7, ведя огонь с ходу по дзотам.
Время шло к 16 часам. Дьявольский треугольник высот на направлении главного удара (135.0, 186.7 и Мело — Клетский) был наконец взломан. Крупный опорный пункт хутор Мело — Клетский был взят. Но темпы продвижения ударной группы были все еще низкие.
К 10.00 часам ветер разогнал туман, погода улучшилась, авиация начала разведку. Никитин доложил, что летчики наблюдают движение значительных групп пехоты и танков противника из района Ореховский — Венцы. Последовал приказ – авиации нанести бомбовые удары по подходящим резервам неприятеля. Две мысли преобладали в тот момент. Чем сильнее нажимает противник контратаками на ударную группу 65-й армии, тем яснее становится, что замысел операции немецкое командование не разгадало и, где наш главный удар, еще не знает. Это хорошо. Но трудности на нашем клетском направлении от этого увеличивались. Крайне беспокоила проблема темпа. Лишь бы противник не направил резервы во фланг наступающим дивизиям Чистякова!
С командного пункта армии позвонил И.С. Глебов и передал радостное известие: командарм 21-й армии в 12.00 ввел в прорыв 4-й танковый корпус, он развивает наступление на хутор Евстратовский.
На переправы через Дон и в тылы армии были посланы офицеры штаба и политотдела с задачей принять все меры для улучшения снабжения войск боеприпасами, переправки дивизий 2-го эшелона и дивизий резерва 65-й армии.
Командующий фронтом К.К. Рокоссовский, прибывший на НП армии, через два часа направился в 24-ю армию. На прощание сказал:
-Противник оказывает неожиданно упорное сопротивление, — и помедлив, закончил, — помните, вы отвечаете за левый фланг 21-й армии.
Эти слова были восприняты как требование резко поднять темп наступления ударной группы.
Наши части сражались напористо. Бой за Мело — Клетский – лишь одна иллюстрация героизма солдат и мастерства офицеров, проявленных при боевом крещении 65-й армии. За первый день при прорыве обороны было штурмом захвачены 23 дзота. Отражая многочисленные контратаки, уничтожили 10 немецких танков.
В первый день боевых действий дивизий 1-го эшелона (27-я гвардейская, 304-я и 321-я стрелковые дивизии) не достигли желаемых результатов. Поэтому 20 ноября из — за Дона были введены в бой дивизии 2-го эшелона и дивизии резерва 65-й армии.
Крупный опорный пункт Ореховский, взятием которого наша ударная группа завершила бы прорыв обороны противника на всю тактическую глубину, обрамляла с севера и юго — запада группа высот.
К исходу 19 ноября туда подошли наступающие дивизии:
справа высоту 207.8 захватила 76-я стрелковая дивизия полковника Н.Т. Таварткиладзе, 21-й армии генерала И.М. Чистякова;
-27-я гвардейская стрелковая дивизия полковника В.С. Глебова, вырвавшись по сравнению с ней километра на два вперед, дралась за высоты 219.3 и 232.2, то есть охватывала Ореховский с юго — запада и юга, помогая 304-й стрелковой дивизии полковника Меркулова, которая вместе с 91-й танковой бригадой полковника И.И. Якубовского наносила удар в лоб.
Но взять 19 ноября этот последний рубеж высот 304-я и 27-я гв. стрелковые дивизии не смогли. Лишь Чеботаев одним батальоном оседлал отметку 202.2 и оттуда готовился к броску на Ореховский опорный пункт. Все высоты встретили наших воинов организованным огнем, а гвардейцев – неоднократными контратаками, продолжавшимися до темноты. Пришлось остановиться.
23 октября 1942 года в 3 часа 15 минут в небо взвилась красная ракета и в ту же минуту заговорили орудия «катюши». Начался штурм станицы Клетской, трое суток шли ожесточенные бои за овладением станицей, только 25 октября после упорных боев овладели ею.
В 7 часов 30 мин. 19 ноября 1942 года мощные залпы артиллерии разорвали тишину донской степи. Они возвестили о начале второго периода великой Сталинградской битвы. Танки и мех.пехота двинулись вперёд.
19 ноября — самым опасным было бы, если пресловутый фон Даниэльс кое — что понял в обстановке и нанес удар во фланг 21-й армии; но он по уши увяз в районе Осинки — Логовский, и этим 65-я армия обязана генералу Макаренко и его частям, героически отбивавшим здесь контратаку за контратакой. Станица наша была освобождена, а далее – Сталинград!
Л.Николаева.
