Четвертого ноября у командующего армией генерал-лейтенанта И.М. Чистякова собрались: представитель Ставки Верховного Главнокомандования генерал армии Г.К. Жуков, командующий войсками Донского фронта генерал-лейтенант К.К. Рокоссовский, командующий 65-й армии генерал-лейтенант П.И. Батов, командующий войсками Юго-Западного фронта генерал-лейтенант Н.Ф. Ватутин, начальник штаба 24-й армии генерал-майор И.Л.Пеньковский, командир 3-го гвардейского кавалерийского корпуса генерал-майор И.А. Плиев, офицеры штаба. Генерал Ватутин ознакомил присутствующих с общим замыслом предстоящего контрнаступления под Сталинградом. Был утвержден срок начала контрнаступления.
Из воспоминаний И.М. Чистякова: «Расположение нашей армии, которая занимала по фронту 42 километра, было довольно сложным, поскольку наш фронт перерезала река Дон. Одна из частей армии располагалась на плацдарме вдоль правого его берега, а другая- вдоль левого. Причем правый берег сильно возвышался над левым, местами до 60-80 метров.
Пройдя всю войну и форсировав немало рек, я могу сказать, что войскам нашей армии никогда не приходилось так тяжело переправляться через водную преграду, как через реку Дон в ноябре-декабре 1942 года. Сосредоточение войск и техники на плацдарме на правом берегу Дона в последние дни перед наступлением было таким плотным, что каждый вражеский снаряд, мина, бомба, упавшие в этом районе, обязательно поразили бы какую-то цель».
К моменту наступления все дивизии 21-й армии были доведены до штатной численности. Дивизии, которые пополнялись из резерва Верховного Главнокомандования, уже получили зимнее обмундирование. К началу контрнаступления 21-я армия имела превосходство над немецко-фашистскими войсками в живой силе и технике: в людях на всем фронте- в 1,4 раза, а на направлении главного удара- в 3 раза. В артиллерии на всем фронте- в 2,4 раза, а на направлении главного удара- в 4,6 раза.
Основной удар 21-я армия наносила в направлении на х.х.Осиновку, Манойлин, г. Калач, х.Советский, где на третий день во взаимодействии с соединениями 5-й танковой и 65-й армиями наша подвижная группа должна была соединиться с войсками 57-й армии Сталинградского фронта (ком. генерал Ф.И. Толбухин).
Если до 19-го ноября 1942 года партийно-политическая работа проводилась под лозунгом «Ни шагу назад», то с 19 ноября, когда перед войсками была поставлена новая задача – начать мощное контрнаступление на противника, работа проводилась под лозунгом «За кровь загубленных захватчиками, за пролитую кровь наших товарищей!».
19 ноября 1942 года. Над Доном стелется густой туман. Тихо на позициях: все вокруг притаилось в ожидании… В 7 часов 20 минут по сигналу командующего артиллерией армии генерал-майора Д.И. Турбина артиллерия была приведена в готовность к открытию.
Из воспоминаний И.М. Чистякова: «Ну и ударили! Аж земля задрожала! Больше часа били по траншеям противника. Настроение пехоты, которая это видела, понятно, хорошее. Когда кончили громыхать пушки, в 8 часов 50 минут, подал команду пехоте и танками: «Вперед!».
Артиллерия стала переносить огонь все дальше и дальше в глубину. Ударная группировка армии (63, 76, 293-я стрелковые дивизии) вместе с танками непосредственной поддержки пехоты быстро продвигается вперед. Вот уже и передний край обороны противника прорван на фронте до 12 километров… …Чтоб наступление войск на направлении главного удара развивалось более успешно, для прорыва главной полосы обороны противника в 13-00 я ввел в бой 4-й танковый корпус под командованием генерала А.Г. Кравченко. Приказал ему во взаимодействии с частями 293-й и 76-й стрелковых дивизий допрорвать главную полосу обороны противника и вместе с подвижными частями 5-й танковой армии и 3-м гвардейским корпусом разгромить подходящие резервы, штабы и тылы противника, отрезать пути отхода у х. Перелазовский группировке противника, состоящей из двух-трех дивизий. К исходу же дня 19 ноября выйти в район х.Манойлин, высоты 197, х. Майоровский, после чего выбросить передовой подвижной отряд на реку Дон и захватить переправу.
К часу ночи 20 ноября 4-й танковый корпус с тяжелыми боями все-таки смог пройти 35 километров и выполнил поставленную задачу. Для наращивания удара в 16.00 19 ноября был введен 3-й гвардейский корпус под командованием генерала И.А. Плиева, который имел задачу уничтожать отдельные опорные пункты, оставшиеся после наступления 4-го танкового корпуса и к исходу дня выйти в район х. Селиванов, Верхняя Бузиновка.
Помогла хитрость
С 19 по 22 ноября дивизии вели тяжелые бои и понесли большие потери в людях и технике. Мы во взаимодействии со стрелковыми соединениями 5-й танковой армии окружили противника. Но сжать кольцо никак не удавалось. Мы опасались, что противник может прорвать кольцо в районе Распопинской и двинется на Калач, на соединение с основной группировкой войск в Сталинграде. Румынские солдаты, находясь в окружении, не сдавали своих участков без тяжелых боев. Нередки были случаи, когда они яростно наносили контратаки и ставили наши войска в очень сложное положение».
По сведениям разведки, в румынской группировке насчитывалось в 5 раз больше пехоты, чем ее было в наших дивизиях, а также имелось значительное количество артиллерии и боеприпасов. Это была довольно серьезная сила.
Сначала было решено отправить к командовавшему румынскими войсками генералу Стэнеску парламентеров – капитана Е.И. Иткиса и капитана И.К. Стулина из политотдела 63-й стрелковой дивизии. Они выбрались из траншеи, развернули белые флаги и пошли по направлению к противнику. Навстречу нашим офицерам вышли 2 вражеских офицера и 3 солдата, завязали им глаза и увели к себе.
В ультиматуме для командования окруженной группировки было сказано: «Желая избежать напрасного кровопролития, советское командование предлагает окруженным войскам ультиматум — прекратить сопротивление и сдаться в плен». Через 3 часа наши парламентеры вернулись: командующий окруженной группировки отклонил ультиматум.
И тогда, как это бывало не раз, на помощь пришла русская смекалка, военная хитрость. … Если бы взглянуть в ту ночь на позиции советских войск со стороны противника, представилась бы следующая картина. По дорогам к переднему краю тянулось множество светящихся точек, словно сотни автомашин направлялись к линии фронта. В действительности это были сани (их буксировали грузовики) с установленными на них электрофонарями, похожими на автомобильные фары. К линии фронта они двигались с зажженными фарами, обратно – с потушенными. Несколько тракторов ЧТЗ со снятыми глушителями всю ночь курсировали вдоль переднего края, создавая шум, напоминающий рокот моторов танков. Движение продолжалось до рассвета. Таким образом, создавалась полная картина сосредоточения больших войск соединения.
Очевидно, об этом узнал от своих разведчиков и бригадный генерал Стэнеску, возглавлявший румынские войска в ст.Распопинской. Как стало известно позже, он действительно пришел к выводу, что на советской стороне происходит сосредоточение войск и скоро должна наступить развязка.
Вскоре в румынские войска были вновь направлены парламентеры Е.И. Иткис и И.К. Стулин с текстом акта капитуляции. 23 ноября 1942 г. в 23 часа по московскому времени акт о капитуляции войск был подписан.
С утра 24 ноября по дороге к Клетской двигался непрерывный поток пленных. Всего было пленено свыше 20 тыс. солдат и офицеров, взято большое количество вооружения и военного имущества. 23 ноября части 26-го и 4-го танковых корпусов Юго-Западного фронта соединились в районе Советского с частями 4-го механизированного корпуса Сталинградского фронта. Свершилось историческое событие – кольцо окружения вражеских войск, прорвавшихся к Волге, сомкнулось.
Гитлеровский генерал Дерр писал: «После того, как 21-я армия русских нанесла удар в районе Клетской в юго-западном направлении, прошло много времени, прежде чем командование 6-й армии Паулюса, еще не видевшее непосредственной угрозы, уяснило для себя обстановку, сложившуюся на ее левом фланге».
Характерны темпы наступления наших войск. Средняя скорость движения подвижной группы составляла 30-35 км в сутки, а пехоты, наступавшей за танками на направлении главного удара, колебалась от 5 до 20 км. За 5 суток – с 19 по 23 ноября – войска армии прошли с боями 110-120 км.
Первый этап боевой задачи 21-й армии был выполнен! Войска армии готовились к выполнению второго этапа боевой задачи – разгрому немецко-фашистских войск, окруженных под Сталинградом.
